Вот моя деревня. Поселок Худайбердинский

Историческая справка

Поселок Худайбердинский основан в начале 1930 г. при центральной усадьбе совхоза им. Шагита Худайбердина. Это один из первых совхозов в Аргаяшском кантоне, созданный решением ВЦИК при разукрупнении совхоза «Аргаяшский». Назван в честь председателя первого Совнаркома Башкирии Шагита Худайбердина (1896–1924). В том, что поселок получил имя не первопоселенца и основателя, проявление новой традиции: советская власть увековечивала память своих героев, в этом случае уроженца Кугарчинского района Башкортостана.

В 1936 г. открыта школа-семилетка, первым директором стала А. Попова, в 1975 г. построено здание средней школы. В 1938 г. здесь проживало 265 человек, имелись 48 тракторов, 39 комбайнов, 12 автомобилей, 5 зернохранилищ, коровники, телятники и фермы, 3 конных двора, зерносушилки. Были своя электростанция мощностью 52 кВт, лесопилка. Совхоз быстро развивался, население росло, в 1995 г. – 888 человек. В 1999 г. хозяйство вошло в состав агрофирмы «Элита» – подсобного сельскохозяйственного предприятия Кыштымского медеэлектролитного завода. После ее закрытия сельскохозяйственное производство не возобновлено.

 

Патефон и двустволка на премию

Как рассказывает в книге «Аргаяшская земля. История

и современность» историк Р. Хакимов, новый зерносовхоз

«Худайбердинский» возглавил директор М. Журавлев.

Это было очень крупное хозяйство. Так, в 1936 г. уборочная площадь составляла 10952 га, урожай убран за 30 дней к 10 сентября. Учитывая уровень техники того времени, результат выдающийся. В приказе директора отмечены за отличную работу комбайнеры Григорий Ефимович Федоров и Иван Семенович Косоротов, а также Такей Абдрахманов и Павел Павлович Бабушкин. Федоров заработал 4011 рублей, Косоротов – 3593. Кроме того, комбайнеры получили по 25 пудов пшеницы и премию: патефон и двуствольное ружье.

Возглавляли хозяйство в разные годы П. Рогожников, И. Федоров, в 1936–1952 гг. им руководил Ф. Глухов. Последним директором совхоза «Худайбердинский» стал Н. Федоров. На общем собрании 1999 г. принято решение  о вхождении в состав агрофирмы «Элита» для спасения хозяйства.

 

След «Маяка»

Поселок Худайбердинский находится в зоне Восточно-Уральского радиоактивного следа, образовавшегося после аварии 1957 г. на ПО «Маяк».

Очевидцы вспоминают, что 29 сентября поднялся высокий столб дыма и пыли, светившийся оранжево-красным светом. Газета «Челябинский рабочий» сообщила, что это было северное сияние. Никакой информации об опасности до населения не доводилось, а запрет косить сено, собирать ягоды или купаться в Тече местные жители не воспринимали как серьезную угрозу. Мимо Худайбердинского шли машины, вывозившие людей из зоны отселения. 23 деревни тогда были выселены, снесены и сожжены, домашний скот уничтожен. В ликвидации последствий аварии принимали участие и худайбердинцы, в том числе на вспашке зараженных участков.

В 1960-х начался процесс укрупнения населенных пунктов, ликвидации неперспективных деревень. В эти годы исчезли с карты Худайбердинского поселения п. Пореченский, Заря, д. Асаново. Сгорел мост через Течу близ Асаново, короткий путь на Башакуль – самый отдаленный поселок. Но в памяти старшего поколения сохранилось, что за отличной глиной нужно ехать к Пореченскому, а после завершения учебного года школьники отправлялись к заринскому роднику. Нет населенных пунктов, а названия остались.

Люблю тебя, рукодельце мое

Не каждое село или деревня может похвастаться таким богатством мастериц и рукодельниц, как поселок Худайбердинский.

А объединила их сельская библиотека и заведующая Людмила Николаевна Федорова. Именно в ее уютных залах собираются участницы клуба «Рукодельце мое». Они овладели разнообразными техниками, стилями художественного творчества. В искусных руках Натальи Моисеевны Шатохиной крючок сам вывязывает магические ловушки для снов, украшения, за которыми городские модницы готовы приехать издалека. Ее картины – особая тема для разговора. Завораживает печальными глазами «Лесная фея», веселят душу «Весенние цветы», влюбляет с первого взгляда панно в технике «бабушкин коврик». У Шатохиных мастерство в особом почете, вместе с Натальей Моисеевной увлеченно творит радость в доме и для окружающих Мария Александровна. Ее вышивка лентами такая утонченная и изящная, что посетители многочисленных выставок худайбердинских мастериц начинают задумываться: вот мне бы эту на стену, а эту красоту в мою кухню, чтобы радовала глаз!

Любовь Ивановна Власова может смело устраивать модное дефиле: связанные ею платья, кофты, горжетки порадуют любую модницу. Как настоящего мастера, ее отличает тщательная проработка каждой детали, все петлички одна к одной, словно вышли не из-под женских рук, а выстроены японской вязальной машиной.

Куклы в традициях народов мира – это увлечение Альфии Нажмутдиновны Поповой. Ее воспитанники в детском саду с удовольствием знакомятся с народными традициями, играя в куклы. Вот веселая «Сорока» – героиня весеннего праздника «Жаворонки», когда закликают первых птиц и солнышко. А вот «Вербница» – ее изготавливали под Вербное воскресенье, вкладывая в кукольные ручки пушистые веточки.

Людмила Николаевна Федорова не только объединила творческих землячек, но и сама с удовольствием занимается вязанием, ее дочери сызмала приучились к рукоделию. Работы мастериц п. Худайбердинского выставлялись в областном Доме народного творчества, участницы клуба – лауреаты районных и областных творческих конкурсов.

Сегодня они вновь в хлопотах – готовят выставку к Дню Победы.

 

Отыскала отца в Германии

Наши постоянные читатели, наверняка, вспомнят, что в 70–80-е годы прошлого века «Восход» часто рассказывал о передовой телятнице совхоза «Худайбердинский» Анне Пичуговой.

Рекордные среднесуточные привесы (от 900 граммов до килограмма) ее питомцев впечатляли животноводов района, они приезжали к ней с просьбой поделиться опытом.

– А однажды в базовку, где вместе с Анной Пичуговой трудились Нина Кашапова, Ольга Сабанцева и Нина Власова, нагрянула группа телятниц совхоза, – рассказывает Альфия Попова, землячка Анны Ивановны, работавшая в то время в совхозной ветаптеке. – Ничего не говоря, они обошли телятник, заглянули во все кормушки, а потом сказали: «Думали, что вам выделяют элитные корма, силос, сено. А у вас то же самое, что и у нас». И невдомек было женщинам, что телята, как дети, любят заботу. Телятницы-передовики приходили на ферму в 6 утра и кормили животных, в 10 час. у них было уже второе кормление. А в других базовках в это время рабочий день только начинался. Играло роль еще то, что помещение, где находились 220 телят, Анна и ее подруги содержали в идеальной чистоте. Словом, мы убедили недовольных работниц, что премии и почетные грамоты, ордена и медали, портреты на Доске почета, поездки в качестве награды на ВДНХ – все это результат добросовестной работы.

Трудовой стаж Анны Ивановны почти полвека, из них 40 лет в животноводстве. В начале апреля ей исполнилось 80 лет. Она живет в том же доме, который получила от руководства совхоза много лет назад за успехи в нелегкой работе животновода. Когда-то здесь кипела жизнь. По вечерам за ужином собиралась вся семья – сын Александр, дочь Татьяна и вернувшийся с рейса любящий муж Николай Дмитриевич. Сейчас она осталась одна, но одинокой себя не чувствует. Дочь, внуки и правнуки – частые гости в бабушкином доме. Не верится, что этой обаятельной гостеприимной женщине с приветливым лицом уже восемь десятков. Она не показывает вида, что ее жизнь не была отнюдь безоблачной, что перенесенных ею трагедий хватило бы на несколько жизней.

Вот моя деревня. Поселок Худайбердинский

Как и у всех детей, выросших в военное время, у маленькой Ани Павловой детства по сути не было. Мать из-за тяжелой работы и голода заболела бруцеллезом костей ног и долго лежала в больнице. Почти до трех лет девочка считала мамой свою бабушку. Отца Ивана Егоровича Павлова в первые дни войны мобилизовали на фронт.

– Моя 10-летняя сестра Галя и тетя Маша, старшая сестра мамы, отправились на заработки – резать торф на болотах, – вспоминает Анна Ивановна. – За каждый день работы им выдавали по два куска хлеба. По одному они съедали, а еще два приносили домой. Иногда приносили горсточку муки, которую бабушка смешивала с мерзлой картошкой и пекла вкусные лепешки. Шел день за днем, а конца войны не было видно. Нам очень хотелось, чтобы отец поскорее вернулся с фронта. Были уверены, что с ним нам станет легче. Мама упала и сломала ногу. Все заботы снова легли на бабушку.

– Без слез не могу вспоминать, как ходила в школу за два километра из п. Пореченского, где мы жили, в Худайбердинский, – продолжает Анна Ивановна. – Как надену осенью фуфайку, так до весны в ней и хожу. Валенки латаные-перелатаные, огромного размера. Вместо портфеля – тряпочная сумка. Война кончилась, а отец не вернулся. Он погиб в Берлине за три дня до победы. Вскоре наш поселок расселили, я оказалась в Асаново, где преподавала тетя Маша. Там окончила семь классов, переехала в Худайбердинский и устроилась телефонисткой. А когда телефонную станцию автоматизировали, перешла в строительную бригаду.

На трудолюбивую девушку обратила внимание зоотехник совхоза Валентина Августовна Алферова. «Не женское это дело – строить дома, – сказала она. – Переходи-ка к нам на ферму. Понравится – останешься». Анне понравилось. Ее выбор одобрил и муж Николай, работавший водителем. Когда не был в рейсе, помогал супруге по хозяйству, много внимания уделял детям. А однажды попал в аварию и сломал позвоночник. Выздоровление длилось несколько лет, дети даже успели вырасти. Сын по примеру отца тоже стал водителем. Но случилась трагедия: он погиб. Муж не пережил горе: долго болел и умер.

Анна Ивановна понимала: надо жить ради дочери и четверых внуков. Справиться с душевной болью ей помогала и общественная работа. Уже много созывов односельчане избирают ее депутатом сельского совета, а в советское время даже райсовета. Участвует во всех мероприятиях, проводимых в поселке, под ее руководством организовывалось Худайбердинское отделение районной организации «Память сердца. Дети погибших защитников Отечества». В 2005 году в составе областной делегации «Памяти сердца» побывала в Берлине, в Трептов-парке, где захоронены красноармейцы, погибшие в Германии.

– Кажется, само провидение привело меня к обелиску с фамилией отца, – с волнением рассказывает Анна Ивновна. – В один миг вспомнив все пережитое в раннем детстве, воскликнула: «Папа, я тебя нашла!» Я высыпала к подножию памятника землю с могилы мамы. Так через 60 лет я соединила души своих родителей.

 

Из поколения фронтовиков

Поредели ряды участников Великой Отечественной. В районе в нескольких поселениях уже не осталось в живых ни одного фронтовика.

Виктор Никитович Киприянов родился в отделении «Кировское» 29 октября 1928 г. Подростки того времени были хорошо информированы о ходе войны, боевых действиях – ежедневно затаив дыхание слушали Левитана. Сводку Совинформбюро слушали все, она была частью жизни. С обсуждения успехов советских войск начинался каждый учебный день, говорили об этом и на переменах. Великая сила духа была не только у воевавших на фронте, но и у оставшихся в тылу, у детей.

Виктор Никитович не успел повоевать в силу возраста,  но во время срочной службы в Литовской ССР в 1948–1950 гг. принимал участие в военных действиях и поэтому приравнен к ветеранам войны. Остатки недобитых Красной Армией эсэсовцев и их приспешников почти целое десятилетие после победы терроризировали население Украины, Белоруссии, Прибалтики. Разбои, грабежи, убийства целых семей лишь за одно доброе слово в адрес Красной Армии и советской власти были обыденным делом «народных освободителей» и «лесных братьев». Сын участника двух войн прекрасно понимал: тайный враг опасен вдвойне и пощады не заслуживает ни при каких обстоятельствах.

– Не помню, что на него нашло, – вспоминает дочь Надежда Викторовна, – но однажды отец разоткровенничался, рассказал об одном случае из своей службы.

…Ночь, листва густая, темень, протяни руку – ничего не видно. И вдруг на горизонте силуэт мужчины. А мы в засаде: разведка донесла – движется банда, уничтожившая целую деревню за сочувствие советской власти. Ближе подходит – так это же ее главарь! Один, без охраны – можно взять живым! По цепочке шепотом звучит команда приготовиться. Но, видать, кто-то от долгого лежания неловко пошевелился – хрустнула ветка. И сразу – автоматная очередь! Возьми он чуть ниже – всех бы положил. Мы вскочили и к нему. Да только почуял лесной волк, что ему конец, выхватил пистолет и в висок пальнул. Уже позже солдаты и офицеры узнали: направлялся он на хутор к родителям, отдохнуть, в баньке попариться, шнапса попить.

После возвращения пригласили Виктора Никитовича на работу в паспортно-визовую службу: не хватало ответственных сотрудников, и кандидатуру Киприянова одобрили без обсуждения. Три года ни единого нарекания к его работе со стороны посетителей или руководства райотдела. Зато фразу: «Внимательный, тактичный, вежливый, добросовестно исполняющий свои служебные обязанности» – в семье слышали не раз. Позже Виктор Никитович уволился из органов, вернулся в родной совхоз «Худайбердинский». Работал в хозяйстве на разных должностях до пенсии. Награжден несколькими юбилейными медалями. Женился на скромной, застенчивой, но красивой девушке, семейная жизнь принесла настоящее счастье.

– Родители для меня всегда были символом доброты, справедливости и, конечно, искренней чистой любви, – говорит Надежда Викторовна.

Причем, замечает она, своего единственного ребенка никогда не баловали, детским прихотям не потакали. Не держали в ежовых рукавицах, но и не поощряли вольностей. Об этом она не устает повторять и своим ученикам.

– Хочется, чтобы у каждого из них судьба сложилась, как надо, чтобы никто на жизненном пути не свернул на кривую дорожку, – делится педагог с 30-летним стажем.

Вот моя деревня. Поселок Худайбердинский

Нины Михайловны – верной, любящей и любимой, нет в живых уже 15 лет, но никогда худайбердинцы не видели Виктора Никитовича в унынии. Всегда подтянут, бодр, опрятно одет. Аккуратности и порядку во всем ветеран не изменил и на десятом десятке. Старается по дому все делать сам, за помощью к дочери, внучке Инне и правнуку Артему обращается только в крайнем случае. Есть еще порох в пороховницах.

 

Жизнь сложилась, как песня

Их невозможно представить друг без друга. Куда Мунир Тимерханович, туда и Рамиля Мисбаховна. Для супругов Фаттаховых вся жизнь связана с худайбердинской землей и деревней Кызыл Буляк.

Эта единственная в Аргаяшском районе татарская деревня появилась на местной карте в 1927 году. Тогда и приехали переселенцы из Кушнаренковского района Башкирии на берег озера Саккильды, организовали колхоз Кызыл Буляк. Отец Мунира Тимерхановича окончил ФЗУ и начал работать на Челябинском тракторном заводе. Война застала Тимерхана Фаттахова в Ленинграде, в командировке на Кировский завод. Быстро вернулся домой, завод в ускоренном темпе переходил с выпуска тракторов на танки, опытному рабочему дали бронь.

Помидорные поля Кызыл Буляка

Но даже бронь и статус ценного работника не спасли его от навета. Всегда найдется рядом тот, кто, прикрываясь борьбой за справедливость, сводит личные счеты. В тяжелые времена их тоже немало: на Тимерхана поступил донос, у него нашли продовольственные карточки уехавшего на время друга, месяц пришлось провести под арестом, пока вернувшийся товарищ не восстановил его честное имя. Выйдя из камеры заключения, Фаттахов написал заявление о снятии брони и попросился на фронт. Воевал радистом, дошел до Кенигсберга, был ранен. Вернулся после госпиталя в 1946-м в родной Кызыл Буляк, вступил в колхоз. Хозяйство основной упор делало на выращивание зерновых, но и о животноводстве не забывало: на полях паслись отары овец, стада коров и лошадей. Зрел урожай в собственном саду и наливались овощи на колхозном огороде. Глядя сегодня на заросшие бурьяном поля, трудно представить, что когда-то здесь рдели помидоры, а огурцы собирали ведрами. Была и необходимая в сельской жизни пасека.

А вскоре молодой фронтовик нашел невесту. Вместе с Рашидой поднимали детей, всем постарались дать образование.

Мунир выбрал агрономический факультет, видел, что родному хозяйству нужны специалисты. Ему было восемь лет, когда случилась «маяковская беда». Дети играли на поляне и заметили, как от соседней деревни Метлино потянулись машины: после аварии вывозили население, разрешенные пожитки.

– Особых ограничений не было, – вспоминает Мунир Тимерханович, – к примеру, мы выезжали на сенозаготовку к озеру Улагач. Вокруг – море спелых ягод! Есть их не разрешали, но кто же будет слушать? Ели, конечно, и купались. Заготовленное сено разрешали на корм только лошадям. В то же время в Аязгулово, совсем рядом, работала ферма, доили молоко. Коровы паслись по всей округе.

Вот моя деревня. Поселок Худайбердинский

Нашли друг друга

Жену Рамилю Мунир Фаттахов привез из Башкирии. Сам признается: с половинкой мне очень повезло! Рамиля из большой семьи, тоже дочь фронтовика. Десятерых детей воспитывали родители в трудное послевоенное время, помогая и поддерживая друг друга. Но тогда все жили трудно, если отцы вернулись домой – уже большое счастье.

– Мама пела, как соловей, – улыбается Рамиля Мисбаховна, – уже в возрасте были родители, а играли в постановках местного театрального коллектива. Не случайно мы с братом Рамилем связали жизнь с культурой. Я более 20 лет проработала в Худайбердинском ДК, Рамиль Мисбахович – душа Аргаяшского РДК. У нас дети и внуки тоже очень талантливые.

Вот моя деревня. Поселок Худайбердинский

Дом культуры в Худайбердинском построили в 1954 году – это время расцвета совхоза. Тогда он был в статусе подсобного хозяйства Копейского угольного разреза. Копейчане приезжали помогать в уборочной, а после работы ставили концерты вместе с местными талантами. Семья Фаттаховых всегда находилась в центре худайбердинской жизни, продолжает жить общественными интересами и сегодня. Рамиля Мисбаховна – активная участница клуба «Рукодельце мое», а Мунир Тимерханович председатель не только местного депутатского корпуса, но и ветеранского совета.

Сегодня п. Худайбердинский и все окрестные деревни окружены заброшенными пустошами. Огромные площади ждут, когда сюда вернутся люди, вновь закипит работа, а с нею жизнь. Живут этой надеждой и сельчане.

Поделиться:

Оставить комментарий

Войти с помощью: 
avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Самые свежие публикации