Муртаза Губайдуллович Рахимов оставил заметный след в новейшей истории Башкортостана и России. Политическая карьера будущего руководителя республики началась в 1990 году, когда он, малоизвестный до того директор нефтяного завода, одержал уверенную победу на выборах в депутаты Верховного Совета БАССР, затем возглавил региональный парламент, а 12 декабря 1993 года на всенародных выборах был избран на должность первого в истории президента Республики Башкортостан.
Его правление пришлось на очень непростой период в жизни нашего общества. В те годы Башкирия, как и вся страна, переживала острейший социально-экономический и духовно-нравственный кризис. Перестройка, начатая по инициативе Михаила Горбачева, стала давать серьезные сбои, управляемость государственными и общественными процессами стремительно деградировала, то тут, то там вспыхивали острые межнациональные конфликты. Именно в эту сложную пору всеобщей турбулентности Муртаза Рахимов сформировался как авторитетный и влиятельный политик всероссийского масштаба. Его по праву относят к когорте политических тяжеловесов того времени.
Время эйфории и надежд
Мне посчастливилось попасть в команду Рахимова, в администрацию президента республики, в середине 90-х годов. Работа под его руководством стала важной вехой в моей биографии, наверно, не сильно ошибусь, если скажу, что более интересным делом, чем тогда, я до и после не занимался. Может, потому, что сама эпоха та была особенной, наполненной судьбоносными событиями и трагическими катаклизмами. Вначале я трудился в отделе общественно-политического развития, затем мне было доверено возглавить пресс-службу руководителя региона.
У моего попадания на работу в администрацию президента есть своя небольшая предыстория. И связана она с тем незабываемым периодом в истории нашей страны, который навсегда изменил весь ход ее дальнейшего развития. Все мы помним перестроечные времена, ту эйфорию и надежды, которые охватили многих советских людей, уставших от засилья партийно-бюрократического аппарата, цензуры, всеобщего вранья, отсутствия реальных выборов. Общество, глотнув воздух свободы, созрело для перемен, оно жаждало реформ, гласности, демократии. В Башкирии, как и в других национальных республиках, в те годы особое звучание приобрели вопросы строительства федеративных отношений на новой демократической основе, проблемы суверенитета, распределения полномочий центра и субъектов.
Как искренний поборник перемен, я старался воспользоваться появившейся свободой и начал писать статьи на актуальные темы общественно-политического развития. Мои публицистические материалы охотно печатали различные издания, более того, через какое-то время я стал популярным и даже знаменитым. Меня узнавали, просили еще что-нибудь написать, звали выступать на радио, телевидение. Вскоре я получил приглашение на работу в редакцию республиканской газеты «Известия Башкирии» на должность политического обозревателя, чуть позже дорос до заместителя главного редактора.
В этом качестве я написал большую статью про Муртазу Губайдулловича, которая была опубликована в газете и получила известный резонанс среди читателей и в профессиональной среде. Выходу статьи предшествовало мое интервью с Муртазой Рахимовым. В его кабинете мы успели поговорить о многом: о непростой ситуации в экономике, суверенитете, отношениях с федеральными органами. Во время беседы, проходившей в довольно теплой и непринужденной обстановке, президент как-то неожиданно вытащил фотоаппарат «Полароид», который входил тогда в моду, и предложил на память о встрече сфотографировать меня. Конечно, я не мог отказать в такой просьбе. В общем, моя первая личная встреча с будущим шефом получилась вполне откровенной и искренней.
И вот как-то уже позднее, оказавшись по своим редакционным делам в здании администрации главы, я столкнулся в лифте с государственным секретарем республики Мансуром Анваровичем Аюповым. Пристально взглянув на меня, он спросил: «Ты что ли будешь Хажипов?». Пришлось сознаться. Далее последовала реплика-оценка: «Хорошо пишешь». Похвала из уст маститого журналиста, бывшего главного редактора газеты, «правой руки» Рахимова и человека, отвечающего за идеологию в республике, была, конечно, приятна. После короткой беседы Мансур Анварович поинтересовался: а не хотел ли бы я перейти на работу в аппарат президента Башкортостана? Я скромно ответил, что надо подумать. В итоге, по прошествии нескольких месяцев, я был принят в штат этого государственного органа, и в моей жизни начался новый этап, увлекательный, сложный и ответственный.
Работа в режиме 24/7
Работа руководителя пресс-службы главы любого региона интересна, непроста и весьма специфична. В глобальном плане главное в ней – обеспечение информационного сопровождения деятельности первого лица. Сюда входит координация работы местных и федеральных средств массовой информации, работа с журналистским корпусом, организация интервью и выступлений президента, проведение брифингов и пресс-конференций. Но это еще не всё. Руководителю пресс-службы приходится сопровождать патрона во всех его деловых поездках, держать постоянный контакт с его помощниками, комментировать высказывания, следить за тем, чтобы в прессу не просочились какие-либо неосторожные «перлы» шефа. Одним словом, надо быть начеку в круглосуточном режиме, что называется 24/7.
Башкирия в тот период отличалась «лица необщим выраженьем», своей спецификой в осуществлении экономических и социальных реформ. В отличие от соседних областей, здесь не было огульной приватизации государственной собственности, она проводилась по особой модели, отличной от российской. В республике продолжали функционировать колхозы и работали крупные промышленные предприятия. Естественно, открытость и самобытность республики вызывали живой интерес со стороны как центральных, так и иностранных СМИ. Башкирия, что называется, была в тренде. К нам приезжали из «Известий», «Российской газеты», «Комсомолки», «Коммерсанта», «Культуры», журналов «Профиль», «Российская Федерация», телеканалов НТВ, ОРТ, РТР. Осталась в памяти работа с иностранными корреспондентами, например, интересным и плодотворным было общение с журналистами лондонской «Санди таймс».
Большинство представителей журналистского корпуса были настоящими профессионалами, со многими из них у меня завязались добрые деловые и человеческие отношения. Опубликованные материалы получались глубокими и интересными: бывая на предприятиях, встречаясь с коллективами, корреспонденты реально оценивали наши достижения, правдиво освещали особенности и уникальность «башкирского опыта» проведения реформ. Попадались, конечно, и негативные публикации и некорректные оценки заезжих «акул пера». Они, так или иначе, проецировались на работу пресс-службы, служили почвой для различных инсинуаций и кривотолков. Справедливости ради, следует сказать, что сам Муртаза Губайдуллович к таким вещам относился с пониманием и даже с юмором, говорил, что на каждый роток не накинешь платок, и любой материал в центральной прессе, даже не вполне корректный, служит во благо и является рекламой нашей республики.
Человек с директорской закалкой и сложившимися стереотипами, Рахимов в какой-то степени воспринимал всю республику как одно большое предприятие и старался действовать как опытный менеджер, стремясь вывести Башкортостан из прежнего, не очень развитого, дотационного и неэффективного состояния на качественно новый, современный уровень.
В глобальном плане в своей политике на селе Рахимов поставил и последовательно реализовывал две взаимосвязанные стратегические задачи: газификацию населенных пунктов и строительство дорог с твердым покрытием. Об этом он неоднократно напоминал на всех совещаниях и посланиях парламенту республики. На простом и доступном языке вторую задачу он раскрывал следующим образом: «чтобы каждая хозяйка – жительница села могла в тапочках пойти в магазин или в гости к соседке». Звучало не очень научно, но вполне убедительно. А по масштабам газификации Башкортостан уверенно занимал и продолжает занимать лидирующие позиции в России.
Коллеги и товарищи
У Рахимова сложились по-настоящему тесные, дружеские отношения с руководителями соседних областей и республик. Особенно близкие взаимоотношения сформировались с губернатором Челябинской области Петром Ивановичем Суминым и президентом Татарстана Минтимером Шариповичем Шаймиевым. Помню в какой дружелюбной, открытой, поистине товарищеской обстановке проходили встречи между лидерами, как возникал между ними душевный контакт. Эти регионы обьединяли не только территориальная близость, плодотворное экономическое сотрудничество, налаженные культурные связи, но и какое-то особое духовное родство их руководителей, общность их судеб и устремлений, желание служить народу.
Муртаза Губайдуллович называл Петра Ивановича своим другом, а губернатор Челябинской области главу Башкортостана – самым лучшим соседом. «Башкортостан – не просто наш добрый сосед, прежде всего, верный друг. И челябинцы, я уверен, гордятся этой дружбой. Тем более что она прошла трудные испытания переходного нестабильного времени, и именно взаимоподдержка помогла нам устоять тогда», – отмечал Сумин.
В день похорон Петра Сумина, 6 января 2011 года, Муртаза Губайдуллович выглядел очень подавленным и не мог сдержать слез. Он был искренне опечален, ведь он потерял своего сподвижника и товарища, с которым дружил многие годы. В свою очередь, в дни прощания с самим Муртазой Рахимовым бывший президент Татарстана Минтимер Шаймиев выразил ему благодарность за многолетнее плодотворное сотрудничество, подчеркнув, что руководителей двух республик связывали не только деловые, но и дружеские, братские отношения. Говоря о прошлом, он напомнил, что каждый из них отстаивал интересы своих регионов, но они все равно всегда были единомышленниками. Истинная правда – тяжелое время порождает сильных лидеров. Рахимов, Сумин, Шаймиев были таковыми и оставили незабываемый след в истории своих регионов.
Рафик Хажипов, город Уфа
Фото из рабочих архивов
